ОБРАТНАЯ СВЯЗЬ

Оставьте свое сообщение и мы свяжемся с Вами.

12 ул. Воскова
Санкт-Петербург, г. Санкт-Петербург, 197198
Russian Federation

+7-921-9402612

Багетная мастерская в Санкт-Петербурге. Лучший дизайн оформления картин. Консервационное оформление. Вся история рамы в одном месте.

Блог

Багетная мастерская в СПб. Все самое интересное о рамах.

Рамки торговли (первая часть)

Lynn Roberts

Как художники и кураторы стали отказываться от деревянных позолоченных рам, и как были найдены новые пути для процветания...

К середине 20-го века рама картины, в том виде как она существовала приблизительно 600 лет, казалось отошла от классических канонов, или вернее, многие художники отошли от идеи рамы, отделяющей их картину от стены, на которой она висела и от возможности того, что что-нибудь может посягать на их работу или отнимать поверхность их холстов:

"Это невыносимо быть ограниченным краем рамы", Клиффорд Стилл, Музей современного искусства в Санфранциско, 1976 г, 123 страница.

Такая тенденция к минимальному стилю обрамления началась еще в 1870-е годы. Импрессионисты решили отказаться от резных позолоченных рам в пользу простых, окрашенных, чаще всего белых изделий. Это решение имело огромное влияние на авангардные рамы конца 19-го начала 20-го веков.

Рис.1 Эдгар Дега "Отдыхающая танцовщица", 1879, в оригинальной раме Дега

"Отдыхающая танцовщица" Дега, которую мы видим на рис.1, обрамленная оригинальной, разработанной художником, рамой его "профиля в виде курительной трубки" считается единственной, сохранившей оригинальную отделку. Рама была покрыта полированным гессо, дающим эффект мягко светящейся слоновой кости. Другие рамы с этим профилем были позолочены следующими владельцами, не ценившими тонкость виденья Дега. Его радикальная современность в 1870-х была катализатором многих геометрических профилей и белых отделок в  конце 19-го начале 20-го веков.

Рис.2 Глюк (Ханна Глюкштейн) "Корнуольская ферма"

Разумеется, можно возразить, что когда у импрессионистов было больше денег, они часто выбирали резные и золоченные рамы. Но в целом, к концу девятнадцатого века профили становились все более простыми, серебро и золото потеряло популярность в качестве финишной отделки по сравнению с окрашенной или полированной отделкой дерева. 

Рис.3 Джон Пайпер "Форум", 1961

В течении 20-го века также использовались и другие материалы - тканевые вставки и накладки, которые, в какой-то момент, казались вездесущими (и которые, по каким-то причинам, были применены для многих рам в галерее Тейт на их коллекцию Тернеров), узкие профили из полированного алюминия; и тонкие бруски из сосны, которые могли быть прибиты сбоку на подрамник, защищая его, оставаясь при этом практически незаметным.

Старинные резные деревянные рамы, как правило, сохраняют свою актуальность для картин этой эпохи, имея при этом отпечаток своей собственной древности; хотя присутствует несовпадение периодов, некоторые музеи экспериментировали, радикально упрощая рамы в своих коллекциях:

"Уильям Рубин, директор отдела живописи и скульптуры [в музее современного искусства в Нью-Йорке], считал, что золотые рамы, которые ранее обрамляли превосходную серию работ Сезанна, Ван Гога, Гогена, Сера и других, "отвлекающим фуфлом" и заменил их на рамы лимитированной серии с узким плоским профилем... [чем] вызвал рев протеста... Не умаляя мастерство рамщика, Роберта Кулика, закостенелость этих галерей несомненно вызвала протест чужеродной ремарке... немного посетителей Музея Современного Искусства сегодня в состоянии согласится с описанием [Рубина] интерьеров как "нейтральных".

Статья из "Международного журнала Управления и Кураторство Музея", 1985, 4 номер, стр.115

К счастью, многие решения подобного типа были заблокированы или позднее отменены, хотя, к сожалению, недостаточно быстро, чтобы, в некоторых случаях, предотвратить невосполнимые потери: Якоб Симон сообщает о старьевщике, собирающим старинные рамы в Лондоне в 1950-60-х годах, и в то же время в Йорке куратор в Городской Художественной Галереи продал поврежденные рамы похожему коллекционеру; судьбой рам, в обоих случаях, было сожжение, для извлечения золота.

Рис.4 Эдгар Дега "Отдыхающая танцовщица", продано на Сотби в 1999 г.

Рис.4 Эдгар Дега "Отдыхающая танцовщица", продано на Сотби в 1999 г.

По иронии судьбы, при странных обстоятельствах, была утеряна оригинальная рама картины Дега "Отдыхающая танцовщица" между аукционом Сотби в Лондоне в 1999 году и аукционом Сотби в Нью-Йорке 3 Ноября 2008 года.

Рис.5 Эдгар Дега "Отдыхающая танцовщица", аукцион Сотби, 3 Ноября 2008 г.

Рис.5 Эдгар Дега "Отдыхающая танцовщица", аукцион Сотби, 3 Ноября 2008 г.

Весьма прискорбно, когда коллекционер, будучи членом правления видной аукционной компании, чья жена председательствовала в попечительском совете не менее видного музея, разъединяет произведение искусства на две части. Однажды Дега, будучи на обеде своих друзей, обнаружил, что они сняли оригинальную раму с одной из его картин. Он взял картину со стены, извлек холст из новой золотой рамы, и ушел с картиной...

Тем не менее, в этом вопросе музеи все чаще решаются на замену резных и позолоченных рам, которые, по сути, являются старинными скульптурами, и тем самым непозволительно отчуждаемые от своих картин. Найдется мало людей, которым нужны были бы рамы из композита 19-го века, полностью покрытые старой, выцветшей и хрупкой отделкой, которая отламывалась и отслаивалась при малейшем воздействии. Из-за таких образцов рамы сыскали себе дурную славу во времена Ле Корбузье и минимализма; и, возможно, они помогли ускорить переход художника 20-го века к рамам из простого профиля или даже на оформление без рамы.

Но вещи, существующие долгое время, или существующие применительно к другому предмету, приобретают значение от их существования, или от тех отношений, которые могут продолжаться еще долго после того, как исходный элемент или связь пропали. Иконка, обозначающая телефон, как правило, не является графическим изображением мобильного телефона, а является очертанием прежней телефонной трубки; иконка женщины изображает их в юбках, хотя большинство женщин, в настоящее время, носят брюки. Рамы стали приобретать такую жизнь еще в раннем периоде, и ее значение, как рамки не только для картин, стало расти и расширяться. Так как это было связано с изобразительным искусством, зачастую с религиозными картинами или портретами известных и влиятельных людей, рама ассоциативно унаследовала привлекательность. Это сделала ее идеальным инструментом, принятым торговлей; и, к примеру, с развитием печати графические рамы стали символом респектабельных ремесленников и товаров хорошего качества.

Рис.6 Реклама Джона Каргила, производителя инструмента, 1739

Рамки использовались в рекламе практически с самого возникновения последних: то был простой способ создания впечатления элегантности, элитарности и важности, и некоторые из них были чрезвычайно красивы. Несмотря на принципиальное отличие продаваемых товаров (инструменты, карты или ковры) от декоративных свойств рамок, используемых для их продажи, продавцы товаров охотно использовали самые экстравагантные скульптурные орнаменты для достижения солидного и престижного образа. С 1740-х годов особенно в фаворе были рамки в стиле рококо. При таких обстоятельствах, рамка вышла за пределы брака с картиной, создав первый альянс с торговлей, который продолжил расти и процветать. 

Рис.7 Реклама Джорджа Фар, бакалейщика, 1750-е годы.

Реклама Джорджа Фара демонстрирует нам раму рококо с фигурными лентами рокайлей, удлиненными грациозными завитками и маленькими китайскими павильонами; тем самым мистер Фар указывает, что он не простой магазинчик с Хай стрит, и его товары импортируются со всего мира. В том месте где реальная трофейная рама рококо могла быть украшена руками, как атрибутом портрета солдата, у этой рамы мы видим бочонки бренди, бутыли с ромом, сундуки с чаем и подвесные буханки сахара. Общий эффект относится к джентльмену, для которого, к несчастью, настали трудные времена, но который соизволил пригласить других джентльменов в свое старинное и благородное жилище, дабы продемонстрировать редкие и съедобные сокровища.

Переход из бумажного объявления в твердую форму был лишь вопросом времени.  Магазины долгое время рекламировали свои товары соответствующими символами: например, римский символ из Помпеи дает совершенно четкое представление, о том что предлагается в магазине. В Лондоне, начиная со средних веков, искали магазин по трехмерной скульптуре над дверью; позолоченная рука и молот Джорджа Уили, золотобойца, является поздним примером, относящимся к восемнадцатому веку, вероятно как раз перед введением нумерации домов, из за чего такие, сделанные на скорую руку, приемы стали менее полезными.  Вы можете найти резные каменные или деревянные вставки на сайте Spitalfields Life.

При всей ясности уличных номеров, как более функционального инструмента направления покупателей (и почтальонов, когда те были изобретены) в правильную дверь в правильном месте, им не хватало живописной экспланатарности изображения или таблички. К тому же была проблема с грамотностью, или полное ее отсутствие, в котором чтение чисел, вероятно, также принимало участие. Поэтому, таблички с изображениями продолжали использоваться коммерческими помещениями, как магазинами, так и трактирами, в добавление к географической точности уличных номеров - и многие из этих изображений были рамами. 

Рис.8 Уильям Хогар, фрагмент картины "Марш гвардии к Финчли" (1749-50)

На вывеске таверны, изображенная на заднем плане картины Хогара "Марш гвардии к Финчли" изображены Адам и Ева, стоящими по обе стороны дерева со змеем искусителем, в раме в стиле маньеризма с резным цветком хмеля, висящим на внешнем углу. Это фактически объясняет путешественнику, что он достиг трактира, где подают пиво, и он называется "Адам и Ева" (на тот случай, если он искал другое место). Что может быть яснее? И рама представляет весь бизнес в надежном и прочном ореоле, как будто вывеска была частью фламандской запрестольной перегородки, с которой она имеет явное сходство.

Рис.9 Петер Пурбус "Триптих со сценами из жизни Христа", 1570 г.

Можно ли найти раму для вывески трактира лучше, чем на запрестольной перегородке в церкви? В гостинице с такой вывеской не может быть ничего несолидного...

Рис.10 Вывеска "Три белки", середина 17-го века, фото 1940-х годов

Другой тип коммерческих вывесок, сохранившихся до наших дней, вероятно, с 17-го века, это "Три белки", которые изначально принадлежали мистеру Пинкни, ювелиру, на Флит стрит, 19 в Лондоне, где его посетил Сэмуэль Пипс. Вывеска была передана Аврааму Фаулеру, другому ювелиру, и кроме того банкиру, и затем в 1740-х годах Гослинг банку. В 1896 году Гослинг банк объединился с Барклэй банком, который до сих пор имеет филиал на Флит стрит, 19 и вывеска с тремя белками хранится в архиве банка. Белки расположены в металлической раме с завитками и асимметричном картушем, украшающем вывеску. Асимметрия, наряду с намеком на орнамент рокайль в верхней части этого картуша, указывает на то, что это вывеска 18-го, а не 17-го века. Белки, предположительно, выбранные для их ориентации на бюргерские жадность и накопительство, были еще более символичны для банка, чем для ювелира; картуш придает им слегка сомнительный ореол аристократизма, словно бы у них был свой герб и вписанная дата основания. Эта рама, отсылающая к овальным портретам знатных и богатых персон, усилена этим профилем купеческих грызунов. Таким белкам джентльмен может доверять. 

Рис.11 Томас Хосмер Шепард "Магазины на Холивелл стрит", 1853

На этой акварели мы видим Лондонскую улицу середины 19-го века, расположенную в районе, которая, являлась центром торговли порнографии в Лондоне в 19-м веке и только недавно (относительно написания картины), в течении предыдущего десятилетия, пробилась к респектабельности. Холивелл стрит, находящаяся рядом со Стрэнд, была центром "старьевщиков", прекрасный пример этого мы можем увидеть в левой части картины.

Рис.12 Томас Хосмер Шепард "Магазины на Холивелл стрит" (фрагмент)

Рис.12 Томас Хосмер Шепард "Магазины на Холивелл стрит" (фрагмент)

Перед нами вывеска магазина на фасаде в привлекательной, декоративной рамке, являющаяся более современной версией старой трехмерной вывески, которую мы видим далее на картине в форме месяца. Рама, представляющая из себя упрощенную раму Рококо (возможно, позолоченную) не вяжется с вывеской продавца поношенной одежды "Hawkers & the trade supplied" на фронтоне. Внутри рамы сцена в стиле Ватто, демонстрирующая женщину, восхищающуюся платьем панье 18-го века, так же является романтизированной версией реальности; вывеска магазина и рама вместе работают как реклама мистера Фара, бакалейщика, о котором мы говорили выше, придавая лестной респектабельности И.Т. Вуду и его бизнесу старьевщика.

Рис.13 Терракотовая вывеска фирмы "Джон Болдинг и сыновья", основанной в 1822 году, Дэвис стрит, Лондон

Архитектурные рамы также использовались вместе с вывесками; прекрасный терракотовый пример можно найти на углу здания между Дэвис стрит и Соус Молтон Лэйн, в котором в настоящее время расположен антикварный центр Грейс. Этот завод, Grosvenor Works, был построен в 1880-х годах, для Джона Болдинга и сыновей, поставщика ванн, унитазов и аксессуаров к ним сильным мира сего конца 19-го века - в том числе семейному дому Гладстона в Шотландии.

Рис.14 Ниша с Христом и святым Томасом, реплика бронзовой статуи, 1467-83, Андреа дель Верроккьо, церковь Орсанмикеле, Флоренция

Рис.14 Ниша с Христом и святым Томасом, реплика бронзовой статуи, 1467-83, Андреа дель Верроккьо, церковь Орсанмикеле, Флоренция

Скульптурная вывеска Болдинга уходит корнями в настенный трехмерный табернакль эпохи Возрождения, который, как пример,  украшает фасад церкви 14-го века Орсанмикеле во Флоренции. В ней есть что-то от современной моды к адикулярным рамам, используемыми такими художниками как Фредерик Лейтон, Лоуренс Альма-Тадема, Эдвард Пойнтер, Джон Струдвик и Берн-Джонс, она также усилена модой мебели эпохи Возрождения, которую можно было наблюдать на Всемирной Выставке в 1851 году. Сегодня нам может показаться смешным использование рамы эпохи Возрождения для вывески производителя сантехники, но во второй половине 19-го века архитектура и прикладные искусства средневековья и эпохи Возрождения считались подходящими для промышленных и технологических инноваций того времени. Прекрасным примером является насосная станция Абби Миллс (1865-68), построенной Джозефом Базелджетом в рамках строительства канализации в Лондоне, и известной как "Канализационный Собор". Ванные, душевые и унитазы были новаторскими, но кроме этого элегантными и желанными, так же как и просторные классические здания эпохи Возрождения во Флоренции и, следовательно, классическая рама табернакль рассматривалась идеально подходящей для рекламы имя их создателя и поставщика.